Волгоград, Волгоградская область, Россия
Волгограl, Волгоградская область, Россия
Волгоградская область, Россия
ВАК 4.1.1 Общее земледелие и растениеводство
ВАК 4.1.2 Селекция, семеноводство и биотехнология растений
ВАК 4.1.3 Агрохимия, агропочвоведение
ВАК 4.1.4 Садоводство, овощеводство, виноградарство и лекарственные культуры
ВАК 4.1.5 Мелиорация, водное хозяйство и агрофизика
ВАК 4.2.1 Патология животных, морфология, физиология, фармакология и токсикология
ВАК 4.2.2 Санитария, гигиена, экология, ветеринарно-санитарная экспертиза и биобезопасность
ВАК 4.2.3 Инфекционные болезни и иммунология животных
ВАК 4.2.4 Частная зоотехния, кормление, технологии приготовления кормов и производства продукции животноводства
ВАК 4.2.5 Разведение, селекция, генетика и биотехнология животных
ВАК 4.3.3 Пищевые системы
ВАК 4.3.5 Биотехнология продуктов питания и биологически активных веществ
УДК 631.963.2 Естественные насаждения в целом
Цель исследований – оценка видового разнообразия, продуктивности и особенностей прос-транственного распределения растительных сообществ на песчаных почвах Донского бассейна. Объекты исследований – пастбищные экосистемы Доно-Иловлинского массива по маршруту Озерки – Вилтов – Желтухин. Оценка растительного покрова осуществлялась методом среза растительности на площадках размером 1 х 1 м (по 10 метровок на каждой из 6 локаций в каждый выезд) и определения на них видового разнообразия, проективного покрытия, урожайности, высо-ты и структуры травостоя. Классы постоянства встречаемых на маршруте видов оценивались по 5-балльной шкале константности Ж. Браун-Бланке. Кластерный анализ осуществлялся на всех локациях по принципу «ближнего соседа» по осредненным данным урожайности (г/м2) и проективного покрытия (%). Все растения сообществ способны хорошо продуцировать и переносить засушливый период. Спектр жизненных циклов растений, выраженный соотношением (%) многолетники : двулетники + однолетники в III декаде апреля равен 79 : 21, в I декаде июня – 87 : 13, в I декаде июля – 78 : 22, в III декаде августа – 80 : 20. Состав ценофлоры мониторинговых площадок включает 66 видов. Доминантами являются Stipa lessingiana Trin. & Rupr., Stipa pennata L., Artemisia arenaria DC., Helichrysum arenarium (L.) DC., Euphorbia virgata Waldst. & Kit., Jurinea cyanoides DC. Dianthus campestris M. Bieb. встречается на всех локациях с июня. Фракция злаков в фитомассе в зависимости от периода составляет 43–62 %, разнотравья – 32–53 %. Доля бобовых видов в общей фитомассе незначительна и не превышает 8,2 %. В весенний период основу травостоя формирует мезофитная растительность (248 шт/100 м2), в остальное время – ксерофитная (220–337 шт/100 м2). Максимальное количество переходных ксеромезофитных (20 шт/100 м2) и мезоксерофитных (60 шт/100 м2) растений отмечается в августе. К июлю на всех исследуемых площадках растения достигают наибольших показателей фитомассы – 251,2–346,5 г/м2.
урожайность, видовое разнообразие, доминанты, растительные сообщес¬тва, шкала константности Браун-Бланке, кластерный анализ
Введение. В геоботаническом отношении степи Донского бассейна называют псаммофитными разнотравно-дерновиннозлаковыми и дерновиннозлаковыми (бедноразнотравными). Растительность региона представлена разнообразным флористическим составом, здесь можно встретить виды с особыми приспособлениями к условиям существования на песках, в т. ч. пионеров зарастания развеваемых бугристых песков, а также виды, предпочитающие рыхлопесчаные и слабосвязнопесчаные почвы [1–3].
Направленность сукцессий степных ландшафтов зависит не только от особенностей их естественного потенциала, но и от интенсивности использования, так как видовой состав и структура сообществ находятся в непрерывной динамике, реагируя на изменения окружающей среды. Характерной особенностью региона являются сезонные колебания кормозапаса пастбищ с амплитудой до 6-кратных значений.
В соответствии с колебаниями продуктивности меняется и их емкость, что затрудняет регулирование нагрузок на природные кормовые угодья, игнорирование которых неизбежно ведет к развитию и усилению негативных почвенных процессов [4–7].
В силу ряда факторов (жесткость природных условий, рост давления антропогенных и техногенных факторов на почвенно-растительный покров) сохранение и повышение продуктивности кормовых угодий в засушливых условиях является сложной проблемой. Площади территорий с трансформированным растительным покровом, характеристики которого (уменьшение видового разнообразия, проективного покрытия, продуктивности и др.) свидетельствуют о деградации, продолжают увеличиваться [8–11]. Для предотвращения деградационных процессов требуется меньше материально-технических и финансовых затрат, чем для их восстановления. Поэтому важным направлением является решение следующих проблем: инвентаризация и оценка состояния пастбищ, разработка мероприятий по их рациональному использованию, улучшению и охране [12–14].
На пастбищных угодьях получают самую дешевую продукцию животноводства по сравнению с другими кормами, так как себестоимость зеленого корма самая низкая. Актуальность исследований подтверждается тем, что мониторинговые исследования позволяют получить современные научные данные для разработки новых и совершенствования существующих технологий создания кормовых угодий с улучшенным составом по питательности трав на песчаных землях Донского бассейна и дальнейшего рационального использования угодий. Новизна исследований состоит в том, что выявление изменения флористического богатства сообществ, их урожайности и структуры под влиянием различных факторов (погодных, экологических, антропогенных и др.) дает представление о динамических тенденциях изменения продуктивности природных экосистем.
Цель исследования – оценка видового разнообразия, продуктивности и особенностей пространственного распределения растительных сообществ на песчаных почвах Донского бассейна.
Задачи: геоботаническое обследование Доно-Иловлинского песчаного массива; сравнительная оценка показателей продуктивности и видового разнообразия растительных сообществ; выявление долевого участия (%) в фитомассе ценных злаковых и бобовых видов, разнотравья, а также ксерофитов, мезофитов, ксеро-мезофитов и мезо-ксерофитов.
Объекты и методы. Для оценки современного фитоэкологического потенциала пастбищных экосистем Донского бассейна были выбраны 6 мониторинговых площадок по направлению поселений Озерки – Вилтов – Желтухин (Волгоградская область, Доно-Иловлинский песчаный массив), на которых осуществлялся отбор растительных образцов (рис. 1, табл. 1).
Рис. 1. Мониторинговые площадки по маршруту Озерки – Вилтов – Желтухин
Monitoring sites along the Ozerki – Viltov – Zheltukhin route
Таблица 1
Мониторинговые площадки
Monitoring platforms
|
Номер площадки |
Координаты |
Локация |
Тип почв |
|
1 |
N49°24'06.5" E43°41'38.2" |
50–100 м от культур защитной лесной полосы (ЗЛН) сосны обыкновенной |
Светлогумусовая псевдофибровая |
|
2 |
N49°23'56.5" E43°42'59.8" |
Открытая степь |
Светлогумусовая типичная |
|
3 |
N49°24'04.4" E43°42'54.7" |
Открытый участок с куртинами сосны обыкновенной |
Светлогумусовая постагрогенная |
|
4 |
N49°20'34.3" E43°47'32.1" |
Открытая степь |
Светлогумусовая типичная |
|
5 |
N49°20'29.0" E43°47'23.5" |
Открытая степь |
Светлогумусовая типичная |
|
6 |
N49°19'29.7" E43°48'37.4" |
Открытая степь, подножие эолового бугра |
Чернозем эолово-аккумулятивный зоотурбированный |
Геоботаническое обследование проводилось в 2025 г. в периоды: 29–30 апреля, 3–5 июня, 9–11 июля, 21–22 августа. Оценка растительного покрова осуществлялась методом среза метровых образцов (по 10 метровок на каждой из 6 локаций в каждый выезд). На каждой метровке определялись видовой состав, высота травостоя, проективное покрытие. Проводилась сравнительная оценка средних показателей продуктивности растительных сообществ: высоты (см), проективного покрытия (%), долевого участия в фитомассе фракций злаковых видов, бобовых видов и разнотравья (%/м2), числа встречаемых растений на маршруте исследований (шт/100 м2), количества встречаемых ксерофитов, мезофитов, ксеро-мезофитов и мезо-ксерофитов в расчете на 100 м2 и доли их участия в фитомассе (%). Систематизация и обработка данных проводились с помощью программ CorelDRAW, MS Excel, Statistica 5+.
Классы постоянства встречаемых на маршруте видов оценивались по 5-балльной шкале константности Ж. Браун-Бланке: I – вид встречается менее, чем в 20 % описаний; II – 20–40; III – 41–60; IV – 61–80; V – в 81–100 %.
Кластерный анализ осуществлялся на всех локациях по принципу «ближнего соседа» по осредненным данным урожайности (г/м2) и проективного покрытия (%).
На каждой мониторинговой площадке закладывались почвенные разрезы и буровые скважины. Описание почвенных разрезов осуществлялось согласно «Полевому определителю почв России». Буровые скважины закладывались ручным буром до глубины 3 м с отбором почвенных образцов для определения влажности через 10 см до глубины 100 см, далее – через 20 см. Влажность почвы определялась термостатно-весовым методом (ГОСТ 5180-2015), влажность завядания – методом малых вегетационных миниатюр (ГОСТ 28268-89).
Результаты и их обсуждение. Климат региона исследований – умеренно континентальный. Регион характеризуется следующими климатическими показателями: среднегодовой температурой воздуха 7 °С, среднегодовым дефицитом влажности воздуха 6,0 мб, среднегодовым количеством осадков 330–350 мм. Теплый период со среднесуточной температурой воздуха выше 10 °С начинается в 20-х числах апреля и длится 165 дней; сумма положительных температур за это время составляет 3000–3150 °С. Общая продолжительность безморозного периода в течение года длится 163–173 дня. Вероятность возникновения очень интенсивных суховеев составляет 80 %.
На территории встречаются светлогумусовые почвы, псаммоземы гумусовые, темногумусовые почвы, стратоземы светлогумусовые, агроземы, в пойме р. Дон – аллювиальные темногумусовые. Почвы легко подвержены дефляции, поэтому часто можно обнаружить эолово-аккумулятивные или эродированные формы и погребенные почвы. В ряде случаев в пределах почвенного профиля или глубже, в подстилающих породах, фиксируются суглинистые прослои, а также новообразования железа и марганца. Большинство почв промыто от легкорастворимых солей, что указывает на их формирование в условиях промывного и периодически промывного водного режима. Содержание гумуса относительно низкое – в основном до 1 %.
За время проведенных исследований на мониторинговых площадках было выявлено 66 видов, в III декаде апреля – 34 вида, в I декаде июня – 38 видов, в I декаде июля – 51 вид,
в III декаде августа – 40 видов (табл. 2).
Таблица 2
Постоянство встречаемых видов на маршруте Озерки – Вилтов – Желтухин, 2025 г.
The frequency of species encountered on the Ozerki – Viltov – Zheltukhin route, 2025
|
Вид |
III декада апреля |
I декада |
I декада |
III декада |
|
1 |
2 |
3 |
4 |
5 |
|
Achillea micrantha (⁂) |
– |
IV |
IV |
IV |
|
Achillea millefolium (⁂) |
I |
II |
II |
I |
|
Achillea setacea (⁂) |
III |
– |
– |
– |
|
Agropyron pectinatum (⁂) |
III |
IV |
V |
V |
|
Alopecurus pratensis (⁂) |
III |
– |
– |
– |
|
Artemisia absinthium (⁂) |
I |
I |
I |
– |
|
Artemisia arenaria (⁂) |
V |
V |
V |
V |
|
Artemisia austriaca (⁂) |
III |
I |
– |
– |
|
Artemisia campestris (⁂) |
III |
III |
II |
II |
|
Artemisia lercheana (⁂) |
I |
– |
– |
– |
|
Astragalus arenarius (⁂) |
– |
I |
IV |
I |
|
Astragalus cicer (⁂) |
III |
IV |
IV |
I |
|
Astragalus utriger (⁂) |
II |
I |
III |
– |
|
Bassia laniflora (*) |
– |
– |
– |
I |
|
Berteroa incana (⁑) |
I |
III |
III |
II |
|
Bromopsis inermis (⁂) |
– |
– |
IV |
– |
|
Calamagrostis epigeios (⁂) |
– |
I |
III |
I |
|
Carex arenaria (⁂) |
– |
I |
II |
– |
|
Chondrilla juncea (⁂) |
II |
– |
– |
– |
|
Cichorium intybus (⁑) |
– |
– |
III |
– |
|
Cirsium arvense (⁑) |
I |
– |
– |
– |
|
Convolvulus arvensis (⁂) |
– |
I |
– |
– |
|
Conyza canadensis (*) |
– |
– |
II |
II |
|
Dianthus campestris (⁂) |
– |
V |
V |
V |
|
Echinops ritro (⁂) |
– |
– |
V |
II |
|
Echium vulgare (⁑) |
– |
I |
I |
– |
|
Elytrigia repens (⁂) |
– |
– |
III |
– |
|
Eremopyrum triticeum (*) |
– |
– |
II |
– |
|
Eryngium campestre (⁂) |
– |
III |
III |
II |
|
Euphorbia microcarpa (⁂) |
II |
II |
III |
II |
|
Euphorbia virgata (⁂) |
V |
V |
V |
V |
|
Festuca beckeri (⁂) |
III |
III |
I |
III |
|
Galatella sedifolia (⁂) |
II |
IV |
IV |
I |
|
Galium humifusum (⁂) |
– |
– |
I |
– |
|
Gypsophila paniculata (⁂) |
– |
II |
II |
V |
|
Helichrysum arenarium (⁂) |
V |
V |
V |
V |
Окончание табл. 2
|
1 |
2 |
3 |
4 |
5 |
|
Hierochloe repens (⁂) |
III |
II |
I |
– |
|
Hordeum murinum (*, ⁑) |
– |
III |
IV |
I |
|
Hylotelephium telephium (⁂) |
– |
– |
I |
I |
|
Jurinea cyanoides (⁂) |
V |
V |
V |
V |
|
Koeleria glauca (⁂) |
– |
III |
II |
IV |
|
Lactuca serriola (*, ⁑) |
I |
– |
– |
– |
|
Leymus racemosus (⁂) |
II |
I |
V |
I |
|
Limonium gmelinii (⁂) |
I |
– |
– |
– |
|
Linaria genistifolia (⁂) |
– |
IV |
V |
IV |
|
Lotus corniculatus (⁂) |
– |
– |
III |
I |
|
Medicago falcata (⁂) |
– |
– |
V |
V |
|
Melilotus albus (*, ⁑) |
– |
– |
I |
– |
|
Melilotus officinalis (⁑) |
– |
– |
I |
I |
|
Nonea rossica (⁂) |
– |
– |
II |
– |
|
Oenothera biennis (⁑) |
– |
– |
I |
I |
|
Poa annua (*, ⁑) |
V |
II |
I |
– |
|
Poa bulbosa (⁂) |
V |
V |
II |
II |
|
Poa pratensis (⁂) |
– |
II |
I |
I |
|
Polygonum aviculare (*) |
I |
– |
– |
– |
|
Potentilla acaulis (⁂) |
II |
II |
II |
III |
|
Rumex confertus (⁂) |
I |
– |
I |
– |
|
Scabiosa ochroleuca (⁑) |
– |
– |
– |
III |
|
Senecio jacobaea (⁑) |
IV |
II |
II |
III |
|
Silene polaris (⁂) |
– |
I |
II |
IV |
|
Stipa capillata (⁂) |
I |
II |
III |
– |
|
Stipa lessingiana (⁂) |
V |
V |
IV |
V |
|
Stipa pennata (⁂) |
V |
V |
V |
V |
|
Thymus pallasianus (⁂) |
– |
– |
– |
I |
|
Tragopogon tanaiticus (⁂) |
– |
– |
– |
I |
|
Verbascum thapsus (⁑) |
II |
– |
– |
– |
|
Итого видов, шт. |
34 |
38 |
51 |
40 |
Примечание: I – вид встречается менее, чем в 20 % описаний, II – 20–40, III – 41–60, IV – 61–80,
V – в 81–100 %; ⁂ – многолетний вид, ⁑ – двулетний вид, *– однолетний вид.
Травостой песчаного субстрата мозаичен, основу составляют многолетние виды. Одно- и двулетники малочисленны, часто встречались лишь Poa annua L. весной и Hordeum murinum L. в июле. Эволюционная «согласованность» растительных сообществ в условиях засушливого климата выражается в их реакции на колебания внешней среды за счет банка семян одно-, двулетних видов и реакции на флуктуации климата за счет банка семян многолетних растений.
Пастбищные экосистемы сбалансированы за счет этого механизма, который формирует замкнутый цикл самовозобновления растительного покрова [15]. По нашим наблюдениям, спектр жизненных циклов растений на мониторинговых площадках, выраженный соотношением (%) многолетники : двулетники + однолетники в III декаде апреля, был равен 79 : 21, в I декаде июня – 87 : 13, в I декаде июля –
78 : 22, в III декаде августа – 80 : 20.
На всех мониторинговых площадках в течение всего вегетационного периода основу травостоя составляли злаки Stipa lessingiana Trin. & Rupr. и Stipa pennata L. В весенний период в травостое доминировали также злаки Poa bulbosa L., Poa annua L. и разнотравье – Artemisia arenaria DC., Euphorbia virgata Waldst. & Kit., Jurinea cyanoides DC., Helichrysum arenarium (L.) DC.; субдоминантом был Senecio jacobaea L. В I декаде июня в сообществах преобладали злак Poa bulbosa L. и разнотравье Artemisia arenaria DC., Euphorbia virgata Waldst. & Kit., Dianthus campestris M.Bieb., Jurinea cyanoides DC., Helichrysum arenarium (L.) DC; субдоминантами являлись Agropyron pectinatum (M. Bieb.) P. Beauv., Astragalus cicer L., Linaria genistifolia (L.) Mill., Galatella sedifolia (L.) Greuter, Achillea micrantha Willd. В I декаде июля доминантами были злаки Agropyron pectinatum (M. Bieb.) P. Beauv., Leymus racemosus (Lam.) Tzvelev и разнотравье Dianthus campestris M.Bieb., Linaria genistifolia (L.) Mill., Medicago falcata L. (отмечался значительный прирост на всех локациях), Euphorbia virgata Waldst. & Kit., Echinops ritro L., Jurinea cyanoides DC., Artemisia arenaria DC., Helichrysum arenarium (L.) DC; субдоминантами были Bromopsis inermis (Leyss.) Holub, Astragalus cicer L., Galatella sedifolia (L.) Greuter, Achillea micrantha Willd., Hordeum murinum L. III декада августа характеризовалась преобладанием в травостое Agropyron pectinatum (M.Bieb.) P.Beauv и разнотравья Helichrysum arenarium (L.) DC, Artemisia arenaria DC., Jurinea cyanoides DC., Euphorbia virgata Waldst. & Kit., Gypsophila paniculata L., Dianthus campestris M.Bieb. Субдоминантами являлись злаки Koeleria glauca (Spreng.) DC. и разнотравье Achillea micrantha Willd., Silene polaris Kleopow, Linaria genistifolia (L.) Mill.
Для выявления структуры и динамики растительных сообществ была построена диаграмма, отражающая процентное соотношение между группами растений (рис. 2).
Рис. 2. Структура и динамика растительных сообществ
Structure and dynamics of plant communities
В апреле в основном доминируют злаки. На участке № 6 наблюдается смешанный состав растительных сообществ. По отношению к влаге на трех площадках наблюдается преобладание ксерофитов и мезоксерофитов, на других – мезофитов и ксеромезофитов. В июне большинство точек смещается в нижнюю часть диаграммы, что отражает усиление роли бобовых и разнотравья. В летние месяцы большинство растительных ассоциаций группируется из ксерофитного разнотравья. На участке № 3 заметно распределение точек вдоль прямой линии, соответствующей значительному снижению доли злаков в растительном сообществе при практически неизменном составе групп по отношению к влаге. Наибольшее изменение в структуре растительных сообществ отмечается в период с III декады апреля по I декаду июня.
Известно, что запасы фитомассы во многом зависимы от количества выпавших осадков и их распределения по сезону. За период апрель – август выпало 144,3 мм атмосферных осадков, (рис. 3). Наибольшее их количество приходится на июнь. Интенсивность более 80 % осадков не превышает 5 мм/сут. Наиболее крупные осадки (19–22 мм/сут) приходятся на июль. Особенности распределения и интенсивности поступления влаги в течение вегетационного периода могут оказывать существенное влияние на структурную организацию и продуктивность растительных сообществ. В некоторых случаях наблюдается хорошая зависимость урожайности растительных сообществ от количества выпадающих осадков (рис. 4), поскольку вода является одним из ключевых факторов, определяющих рост и развитие растений.
Рис. 3. Атмосферные осадки за периоды наблюдений
Atmospheric precipitation during the observation periods
При достаточном увлажнении увеличивается фитомасса и формируются более устойчивые продуктивные фитоценозы. Недостаток осадков приводит к угнетению растений и, как следствие, снижению урожайности. Количество доступной влаги в метровом слое почвы к концу исследуемого периода на всех мониторинговых площадках значительно снизилось (на 52–99 % по отношению к апрелю). Это свидетельствует об интенсивном потреблении влаги на эвапотранспирацию. В некоторых случаях наблюдалось практически полное обезвоживание корнеобитаемой зоны (площадка № 4). На мониторинговых площадках № 1 и № 6 с увеличением количества атмосферных осадков увеличивается доля бобовых (R2 – 0,86 и 0,78 соответственно), а на площадках № 3 и № 6 – доля мезофитов (R2 – 0,93 и 0,94 соответственно).
Рис. 4. Зависимость урожайности степных травостоев от атмосферных осадков
Dependence of steppe grass stand yield on atmospheric precipitation
Минимальные значения средней урожайности травостоев фиксировались в апреле и составляли 72,3–223,7 г/м2 (рис. 5). К июлю на всех исследуемых площадках растения достигали наибольших показателей фитомассы – 251,2–346,5 г/м2, что отражает пик их продуктивности в течение весенне-летнего периода. Наиболее интенсивные приросты вегетативных показателей приходились на интервал с июня по июль: средняя высота трав увеличивалась на 28,2 см, а среднее проективное покрытие возрастало на 19 %.
Рис. 5. Интегральные показатели продуктивности растительных сообществ
на мониторинговых площадках № 1–6
Integral indicators of plant community productivity at monitoring sites 1–6
Основную долю в фитомассе злаки занимали в апреле (62 %) и июле (48 %), а разнотравье преобладало в июне (48,4 %) и августе (52,6 %). Доля бобовых видов (Astragalus utriger Pall., Astragalus cicer L., Astragalus arenarius L., Melilotus albus Medik. и др.) в общей фитомассе была незначительной и варьировала в пределах 4,0–8,2 %. Повсеместно, на всех локациях бобовые травы встречались только в июле. В апреле бобовые были выявлены на локациях № 2, 4, 5 и 6, в июне и августе – на локациях № 1, 4, 5, 6. Отсутствие бобовых видов на участках № 2 и 3 в июне и августе объясняется интенсивным выпасом скота на этих территориях и избирательным поеданием ими молодых растений с повышенным содержанием протеина, обеспечивающих животных необходимым количеством питательных веществ и энергии. Наличие выпаса подтверждают часто встречаемые на этих территориях рудеральные многолетники Euphorbia microcarpa (Prokh.) Krylov и Euphorbia virgata Waldst. & Kit. Общее направление процесса демутации (восстановления) песчаных залежей идет по схеме: однолетники → Artemisia campestris L. → разнотравье → злаки. Выпас задерживает фазы зарастания песков и влияет на соотношение видов в травостое.
В течение вегетационного периода растительные сообщества подвержены непрерывным изменениям, зависящим от сезонного ритма и жизненного цикла растений, антропогенного фактора, изменения условий произрастания. При этом изменяется аспект растительного покрова (внешний вид и продуктивность сообществ), количественные соотношения между видами, воздействие сообществ на среду. Кластерным анализом установлены закономерности пространственного распределения фитомассы в разные временные периоды: выявлено 2 сходных по величине урожайности и проективному покрытию кластера в каждый период исследований (апрель, июнь, июль, август) (рис. 6).
|
![]()
|
|
|
|
|
|
|
||||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
2 кластера: S(1), S(2, 4, 5, 6, 3) с расстоянием между ними P = 44,07 |
|
2 кластера: S(1, 3, 5, 4), S(2, 6) с расстоянием между ними P = 65,23 |
|
2 кластера: S(1, 2, 3), S(4, 5, 6) с расстоянием между ними P = 7,077 |
|
2 кластера: S(1, 2, 3, 4, 5), S(6) с расстоянием между ними P = 69,95 |
||||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
Итоговая матрица расстояний
III декада апреля |
|
Итоговая матрица расстояний
I декада июня |
|
Итоговая матрица расстояний
I декада июля |
|
Итоговая матрица расстояний
III декада августа |
Легенда к дендрограмме
|
S |
Координаты локации |
Аспект |
|||
|
III декада апреля |
I декада июня |
I декада июля |
III декада августа |
||
|
1 |
N49°24'06.5" E43°41'38.2" |
ковыльно-мятликово-лапчатково-наголоватковый |
ковыльно-тонконогово-цминно-разнотравный |
ковыльно-житняково-цмино-разнотравный |
ковыльно-разнотравный |
|
2 |
N49°23'56.5" E43°42'59.8 |
ковыльно-мятликово-крестовниковый |
ковыльно-ячменно-вейнико-песчаннополынно-молочайный |
ковыльно-разнотравный |
ковыльно-песчанополынно-разнотравный |
|
3 |
N49°24'04.4" E43°42'54.7" |
ковыльно-мятликово-цмино-солонечниковый |
ковыльно-ячменно-вейнико-наголоватково-разнотравный |
ковыльно-песчанополынно-разнотравный |
ковыльно-разнотравно-смолевково-гвоздичный |
|
4 |
N49°20'34.3" E43°47'32.1" |
ковыльно-мятликово-астрагалово-песчанополынный |
ковыльно-житняково-разнотравный |
ковыльно-житняково-наголоватково-разнотравный |
ковыльно-разнотравно-льнянковый |
|
5 |
N49°20'29.0" E43°47'23.5" |
ковыльно-песчанополынно-астрагалово-разнотравный |
злаково-ковыльно-разнотравный |
ковыльно-наголоватково-астрагалово-разнотравный |
ковыльно-молочайно-цминово-наголоватковый |
|
6 |
N49°19'29.7" E43°48'37.4" |
ковыльно-житняково-икотниковый |
ковыльно-ячменно-песчаннополынно-разнотравный |
ковыльно-песчанополынно-разнотравный |
ковыльно-разнотравно-молочайный |
Примечание: первый кластер выделен голубым цветом, второй кластер выделен красным цветом.
Рис. 6. Дендрограмма кластерного анализа распределения растительности по маршруту Озерки – Вилтов – Желтухин, 2025 г.
В весенний период урожайность и проективное покрытие травостоев были идентичны практически на всей территории (локации № 2, 3, 4, 5, 6). Под влиянием ЗЛН (локация № 1) эти показатели отличались от фоновой картины пастбищ. В III декаде апреля аспект первого кластера был ковыльно-мятликово-лапчатково-наголоватковый, аспект второго кластера объединил ковыльно-мятликово-крестовниковый, ковыльно-мятликово-цмино-солонечниковый, ковыльно-мятликово-астрагалово-песчаннополынный, ковыльно-песчанополынно-астрагалово-разнотравный, ковыльно-житняково-икотниковый травостой.
В I декаде июня показатели урожайности и проективного покрытия травостоев стали идентичными на локациях № 1, 3, 4, 5, и отличались от показателей на локациях № 2 и 6, где было выявлено наибольшее их значение (на локации № 6 среднее проективное покрытые составило 77,3 %, а урожайность – 307,2 г/м2; на локации № 2 – 61,7 % и 269,0 г/м2 соответственно). Аспект первого кластера включал ковыльно-тонконогово-цминно-разнотравный, ковыльно-ячменно-вейнико-наголоватково-разнотравный, ковыльно-житняково-разнотравный и злаково-ковыльно-разнотравный травостой; второго кластера – ковыльно-ячменно-вейнико-песчаннополынно-молочайный и ковыльно-ячменно-песчаннополынно-разнотравный растительный покров.
В I декаде июля урожайность и проективное покрытие степных травостоев были идентичны на мониторинговых площадках № 1, 2 и 3 и отличались от показателей на локациях № 4, 5 и 6. Аспект первого кластера – ковыльно-житняково-цмино-разнотравный, ковыльно-разнотравный, ковыльно-песчанополынно-разнотравный травостой; второго кластера – на ковыльно-житняково-наголоватково-разнотравный, ковыльно-наголоватково-астрагалово-разнотравный, ковыльно-песчанополынно-разнотравный.
В августе урожайность и проективное покрытие были схожи на мониторинговых площадках № 1, 2, 3, 4 и 5. Растительность на локации № 6 в этот период отличалась от фоновой картины наибольшей урожайностью (323,2 г/м2) и проективным покрытием (74,2 %). Аспект первого кластера объединил ковыльно-разнотравный, ковыльно-песчанополынно-разнотравный, ковыльно-разнотравно-смолевково-гвоздичный, ковыльно-разнотравно-льнянковый, ковыльно-молочайно-цминово-наголоватковый травостой; аспект второго кластера был ковыльно-разнотравно-молочайным.
Заключение. Анализ видового разнообразия травостоев Доно-Иловлинского песчаного массива свидетельствует о том, что все растения сообществ способны хорошо продуцировать и переносить засушливый период. Травостой мозаичный с доминированием дерновинных злаков Stipa lessingiana Trin. & Rupr. и Stipa pennata L., а также разнотавья Artemisia arenaria DC., Helichrysum arenarium (L.) DC., Euphorbia virgata Waldst. & Kit., Jurinea cyanoides DC., Dianthus campestris M.Bieb. также встречается на всех локациях с июня. Широко распространены и другие узколистные дерновинные злаки: Festuca beckeri (Hack.) B. Fedtsch., Poa bulbosa L., Poa annua L.; корневищные ксерофиты: Elytrigia repens (L.) Nevski, Leymus racemosus (Lam.) Tzvelev. Состав ценофлоры мониторинговых площадок включает 66 видов. Основу травостоев составляют многолетние виды. Наибольшим флористическим разнообразием (51 вид) отличаются июльские травостои. Количество встречаемых особей – 486–640 шт/100 м2. Среднее проективное покрытие варьирует в пределах 50–68 %. Фракция злаковых трав в фитомассе в зависимости от сезона составляет 43–62 %, а разнотравья – 32–53 %. Доля бобовых видов в общей фитомассе незначительна, их максимальное долевое участие (8,2 %) отмечается в июле. В весенний период основу травостоя формирует мезофитная растительность (248 шт/100 м2), в остальное время – ксерофитная (220–337 шт/100 м2). Минимальные значения средней урожайности травостоев фиксировались в апреле и составляли 72,3–223,7 г/м2. К июлю на всех исследуемых площадках растения достигали наибольших показателей фитомассы – 251,2–346,5 г/м2, что отражает пик их продуктивности в весенне-летний период.
1. Дмитриев П.А. Ординация псаммофитной растительности бассейна р. Дон (в границах Ростов-ской области) // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государ-ственного аграрного университета. 2013. № 88. С. 571–580. EDN: https://elibrary.ru/WKUOLH.
2. Vlasenko M.V. Taxonomic Analysis of Flora on the Sands of the Don River Valley and Clarification of the List of Rare Species // Arid Ecosystems. 2025. Vol. 15, N 2. P. 216–224. DOI:https://doi.org/10.1134/S207 909612570012X. EDN: https://elibrary.ru/CVKPRB.
3. Кулик А.К., Кулик К.Н., Власенко М.В., и др. Формирование водного режима на песках Арчединско-Донского массива в зависимости от распространения растительных формаций // Аридные экосистемы. 2021. Т. 27, № 4. С. 50–58. EDN: https://elibrary.ru/RBQAHA.
4. Tyutyuma N.V., Bulakhtina G.K., Tyutyuma N.A. Anthropogenic Factors of Desertification of Arid Territories of the Astrakhan Region // Arid Ecosystems. 2023. Vol. 13, N 1. P. 45–49. DOI:https://doi.org/10.1134/s207909612301016x. EDN: https://elibrary.ru/KOWQBJ.
5. Salugin A.N., Kulik K.N. Mathematical Models and Degradation Forecast of Arid Soil-Plant Systems // Arid Ecosystems. 2024. Vol. 14, N 3. P. 280–287. DOI:https://doi.org/10.1134/S2079096124700227. EDN: https://elibrary.ru/JJAPOZ.
6. Бабаева М.А., Осипова С.В. Многолетний мониторинг развития пастбищной дигрессии при раз-личных нагрузках на территории Терско-Кумской низменности // Вестник российской сельскохо-зяйственной науки. 2021. № 6. С. 15–18. DOI:https://doi.org/10.30850/vrsn/2021/6/15-18. EDN: https://elibrary.ru/WNRGYX.
7. Кулик К.Н., Кулик К.Д, Хныкин А.С., и др. Анализ и динамика фитоэкологических условий Ар-чединско-Донских песков по длинному ряду аэрокосмических снимков // Научно-агрономический журнал. 2023. № 1. С. 28–37. DOI:https://doi.org/10.34736/FNC.2023.120.1.005.28-37. EDN: https://elibrary.ru/AAMLGA.
8. Бородычев В.В., Власенко М.В., Кулик А.К. Сезонные изменения кормовой продуктивности аридных пастбищ // Известия Нижневолжского агроуниверситетского комплекса: Наука и выс-шее профессиональное образование. 2021. № 1. С. 14–24. DOI:https://doi.org/10.32786/2071-9485-2021-01-01. EDN: https://elibrary.ru/UUNYSA.
9. Рыбашлыкова Л.П., Турко С.Ю. Трансформация фитоценозов в пустынно-пастбищных экосис-темах (на примере Северо-Западного Прикаспия) // Растительные ресурсы. 2023. Т. 59, № 1. С. 93–106. DOI:https://doi.org/10.31857/S0033994623010090. EDN: https://elibrary.ru/YASSYH.
10. Manaenkov A.S., Rybashlykova L.P. Forest Melioration and Pasture Management in the Caspian Region // Arid Ecosystems. 2024. Vol. 14, N 3. P. 356–362. DOI:https://doi.org/10.1134/S2079096124700306. EDN: https://elibrary.ru/QSYSLC.
11. Рыбашлыкова Л.П. Мониторинг, комплексная оценка опустынивания пастбищ и их восстанов-ление в условиях Северо-Западного Прикаспия // Siberian Journal of Life Sciences and Agricul-ture. 2025. Т. 17, № 3. С. 148–168. DOI:https://doi.org/10.12731/2658-6649-2025-17-3-1222. EDN: https://elibrary.ru/EYOLBF.
12. Бербекова Н.В., Магомедов К., Кушхов А.С. Оптимизация приемов повышения продуктивности природных фитоценозов для пастбищного использования // Международные научные исследо-вания. 2017. № 2. С. 91–95. EDN: https://elibrary.ru/ZDNOHH.
13. Сивцева С.Н., Маховикова Т.Ф., Рыбашлыкова Л.П. Интенсивность выпаса скота как фактор изменения продуктивности и структуры растительного покрова лесопастбищ Бажиганского пес-чаного массива // Аграрный вестник Урала. 2024. Т. 24, № 11. С. 1437–1446. DOI:https://doi.org/10.32417/1997-4868-2024-24-11-1437-1446. EDN: https://elibrary.ru/GBYQVT.
14. Рыбашлыкова Л.П., Беляев А.И., Пугачева А.М. Мониторинг сукцессионных изменений паст-бищных фитоценозов в «потухших» очагах дефляции Северо-Западного Прикаспия // Юг Рос-сии: экология, развитие. 2019. Т. 14, № 4. С. 78–85. DOI:https://doi.org/10.18470/1992-1098-2019-4-78-85. EDN: https://elibrary.ru/JVPGDR.
15. Лазарева В.Г., Бананова В.А., Нгуен В.З., и др. Динамика растительности пастбищ Северо-Западного Прикаспия под влиянием климатических флуктуаций // Географическая среда и жи-вые системы. 2022. № 1. С. 31–39. DOI:https://doi.org/10.18384/2712-7621-2022-1-31. EDN: https://elibrary.ru/LCCOLN.




